В живописных горах Кавказа, где орлы парят над ущельями, а эхо разносит звонкий смех, открылась необычная школа. Не грамоты, не верховой езды, а самого что ни на есть современного шаффла! Инициатором выступил товарищ Бывалый, он же Анатолий Павлович Моргунов, который после неудачного похищения решил, что нужно идти в ногу со временем. «Танцуй, как я, и девчата сами побегут!» — гремел его бас на всю округу, заглушая даже шум горной реки.
Первый урок начался на поляне, где вместо ковров расстелили старые паласы, а вместо зеркал использовали начищенные до блеска подносы. Бывалый, поправив свой знаменитый пиджак и кепку, встал в позу, которую считал апофеозом стиля. «Смотрите и учитесь, салаги!» — скомандовал он Трусам и Бывалым, которые с опаской переминались с ноги на ногу. «Шаффл — это когда ноги живут своей жизнью, а тело пытается за ними угнаться. Главное — не упасть и сохранить лицо!»
Моргунов начал показывать базовые движения. Его массивная фигура двигалась с неожиданной для таких габаритов лёгкостью, хотя со стороны это напоминало борьбу медведя с невидимым противником. «Раз-два, скользящий шаг! Тпру-тпру, не торопись!» — приговаривал он, выписывая ногами замысловатые кренделя. Трус, пытаясь повторить, тут же запутался в собственных ногах и шлёпнулся на мягкую траву. Балбес, смеясь, попытался его поднять, но в результате они упали оба, образовав живой клубок конечностей.
«Дисциплина! — рявкнул Бывалый, но в глазах его плясали весёлые искорки. — Шаффл — это не просто махи ногами. Это душа! Это ритм! Это когда ты чувствуешь музыку даже в тишине!» Он включил старый магнитофон, из которого полились звуки лезгинки, смешанные с современным битом. Получился такой микс, что даже горные козлы на скалах замерли в недоумении.
Ученики старались изо всех сил. Трус пытался делать «бегущий человек», но получался у него скорее «убегающий от пчел». Балбес крутился волчком, разбрасывая вокруг себя камни и пыль. А Бывалый, войдя в раж, показывал такие элементы, что его пиджак едва не слетел с плеч. «Вот так! Вот это стиль! — кричал он, перекрикивая музыку. — Кавказская пленница теперь будет наша! Кто танцует шаффл, тот и правит балом!»
В кульминации урока, когда солнце достигло зенита, все трое попытались синхронно исполнить сложный элемент. Результат превзошел ожидания: они одновременно запутались, зацепились друг за друга и рухнули в кучу сена, подняв облако пыли. Но смех был таким искренним и громким, что эхо разнесло его по всем ущельям.
«Запомните, — сказал Моргунов, отдуваясь и поправляя сбившуюся кепку. — Не важно, как ты танцуешь. Важно, что ты делаешь это с душой и улыбкой. Шаффл — это свобода. А свобода — это когда тебе хорошо, даже если ты только что упал в сено».
Так и осталась в горах легенда о школе шаффла от товарища Бывалого. Говорят, что до сих пор иногда, когда ветер стихает, можно услышать отголоски той музыки и увидеть, как три тени выписывают на поляне свои неповторимые, смешные и такие человечные па.